О травме и процессе психотерапии
О психической травме написано множество хороших книг и статей различных авторов. Например, есть замечательные работы Дональда Калшеда "Внутренний мир травмы. Архетипические защиты личностного духа" и Мерилин Мюррей "Узник иной войны: Удивительный путь исцеления от детской травмы". Многие психоаналитики и психологи других направлений так или иначе касались этой темы, потому что с "психической травмой" в том или ином ее проявлении мы очень очень часто сталкиваемся в кабинете.
Целью данной статьи является связать понятие травмы и некоторые особенности работы с проявлениями травмы, с которыми сталкиваются практикующие психоаналитики.

Что такое психическая травма?

Чтобы выразить и описать что такое психическая травма не хватит одной статьи или даже книги, это понятие очень сложное и многогранное.

Травма - это вакуум, это пустота, зияющая дыра, которая никак не символизирована - если говорить простым языком - это то, что невозможно описать словами и каким - либо образом выразить. Обычно это "нечто" закапсулировано и отодвинуто далеко, так, чтобы было невозможно соприкоснуться с воспоминанием, вследствие невыносимости чувств, которые были вызваны травматичным событием, ситуацией или рядом событий в жизни человека.

Один из самых сложных моментов и особенностей последствий травматического события - вакуум и отсутствие символизации произошедшего. Человек сталкивается в реальности с чем-то, что не способен пережить. Не способен осознать и принять. Это "нечто" врывается в жизнь и нарушает и сметает все границы, уничтожает чувство безопасности и стабильности, переворачивает с ног на голову всю жизнь и все представления о справедливости. Это что-то, что невозможно объяснить, что уводит почву из под ног и не вписывается ни в какую логику.

Если вы можете представить событие, после которого жизнь уже не может стать прежней, не важно внутреннее оно или внешнее, если вы можете представить как нечто врывается в вашу жизнь уничтожая весь опыт ваших прошлых достижений, весь успех и положительные эмоции, вы можете себе представить психическую травму.

Влияние травматического опыта и его проявления

Травму можно получить в раннем детстве и получать на протяжении всего детства, а можно столкнуться с травмирующим событием будучи уже взрослым. Это может быть ситуация, которая длится из года в год, а может быть краткосрочное событие, которое внезапно разрушило ваше представление о жизни.

Актуальное травматическое переживание или ситуативная травма происходит в ситуациях связанных:
 
  • с потерей близкого человека,
  • насилием - физическим или моральным,
  • известием о тяжелом или смертельном заболевании и т.д.

Как выглядит переживание актуальной травмы:
  • То, что травмировало, почти не выразить словами и не объяснить. Сложно сформулировать и произнести, что же именно произошло
  • Эмоции зашкаливают, и это приводит к тому, что внутри образуется барьер блокирующий их восприятие и выражение. На самом деле чувств много, а на поверхности, наоборот, никаких чувств нет. Ощущения походят на маленькую смерть - все кажется серым и словно за стеклом.
  • Внешне, человек переживающий травматическое событие, может выглядеть равнодушным, холодным и отстраненным, т.к. не может выразить свои чувства, не может плакать, кричать и проявлять эмоции.

В чем заключается и как проявляется длительный травмирующий опыт?!

Для ребенка травмирующими факторами будут: сильные негативные переживания, неумение значимых взрослых помочь справиться с тяжелыми переживаниями, опыт, когда значимые взрослые показывают ребенку как невыносимы и непереносимы эмоции, холодные, отсутствующие родители и т.п.
Во взрослом состоянии - это жизнь связанная с лишениями и горем, например, инвалидность, течение тяжелой болезни и т.д.

Если говорить о влиянии постоянных и систематических травмирующих ситуаций в детстве на будущую взрослую жизнь, то, в первую очередь, такой опыт влияет на умение говорить о своих чувствах и договариваться. Отсутствие понимания собственных чувств сказывается на возможности их вербализовать. Помимо этого есть травмы младенческого довербального периода, когда слова вообще отсутствовали и проходит достаточно много времени для того, чтобы слова для описания того, что происходило появились.

Для того, чтобы суметь вербализовать непереносимые чувства вне зависимости от того, когда человек столкнулся с ними (в раннем детстве или во взрослой жизни) должно пройти время и должен быть кто-то, кто поможет в этом процессе.

Как это может проявляться в работе c психоаналитиком?!

Во-первых в кабинете пациент может рассказывать о негативной ситуации, но не может сформулировать - в чем могла бы заключаться помощь психоаналитика или психотерапевта, а если формулирует, то обычно это очень абстрактные формулировки, которые не отражают действительность. Например: "Вы дадите мне совет " или "Ну я не знаю, как Вы можете мне помочь", "Вы же знаете, что делают в таких случаях"
Во- вторых - это отсутствие осознания собственных чувств по-поводу какого либо события, ситуации или того что сказано. Либо это осознание приходит только через несколько дней или даже месяцев. Например, по-поводу предстоящего расставания на время отпуска с психотерапевтом пациент ничего не чувствует, но при этом увеличивается число ссор с близкими дома и накал ссор усиливается или неожиданно начинают происходить неприятные ситуации на работе.
В третьих - на вопрос об отношениях с психотерапевтом пациент обычно отвечает - "да все нормально" или "а какие могут быть отношения, ведь вы работаете за деньги" и т.п.

Основные сложности, с которыми сталкивается психоаналитик или психотерапевт заключаются в том, что на вопрос об отношениях "здесь и сейчас" можно годами не получать ответа или получать ответ, который не будет хоть как-либо приближен к действительности. Все мы знаем, что реальность, а точнее сказать восприятие реальности очень субъективно, вместе с тем, чтобы контакт между двумя людьми сложился необходимо договариваться друг с другом о ситуациях, событиях и их восприятии, чтобы картина этой реальности более ли менее совпадала хотя бы некоторых важных моментах.

В работе с последствиями травматических переживаний у пациентов необходимо обращать внимание на то, что происходит в кабинете "здесь и сейчас", конечно же после того, как пациент почувствовал себя более ли менее в безопасности в пространстве кабинета. На появление чувства безопасности и достижение хотя бы минимального контакта с пациентом может уйти значительное время - от года и более.

Важно также обращать внимание на чувства пациента. И стараться говорить о них, даже если это почти не удается. Даже, если единственный ответ на вопрос "Что вы чувствуете" в течение многих встреч - "Не знаю". Конечно же нужно чувствовать уместность такого вопроса и не стоит настаивать на ответах, чтобы не превратить терапию в насилие.

Пациенту пережившему травматический опыт важно помочь сформулировать и объяснить что произошло, а также помочь соприкоснуться с чувствами и выдержать их. Даже если это произошло в далеком прошлом - нужно помочь символизировать произошедшее. Символизация - это обретение смысла там, где была лишь пустота и возможность вербализации произошедшего не поддающегося никакому описанию. Здесь не применима фраза - возврат смысла, потому что нельзя вернуть смысл тому, что никогда его не имело. Это создание смысла заново.

Часто вербализация и объяснение произошедшего происходит через создание собственного мифа. Объяснение может лежать за пределами стандартных бытовых смыслов и уходить корнями в личный миф и систему духовных ценностей и принципов. Сюжеты из Библии или любой мифологии и сказок могут быть подобраны для закрытия пробоя в психике травмированного человека. Важно, что сюжет подбирает сам пациент, психоаналитик или психотерапевт могут только помочь в этом процессе и показать, что фантазии о том, о невозможно фантазировать и абсолютно не похожее на нашу бытовую привычную реальность объяснение - это нормально.

Подробнее о личном мифе

Хотелось показать на примере, как выглядит личный миф. Личный миф, это легенда, что-то, что уходит корнями в глубокое прошлое пациента и может быть связано с историей поколений. Например, у одной пациентки многое в жизни изменилось после того, как она смогла связать события своей жизни с историей, которая происходила в ее семье.
Ее история (публикуется с разрешения) заключалась в том, что мать перед ее рождением сделала 7 абортов, она была восьмым и единственным рожденным ребенком. Кроме этого история семьи сложилась так, что в предыдущем поколении в семье из 10 детей выжило только двое, при этом шесть человек погибли насильственной смертью.

Когда пациентка пришла в анализ, она совершенно не придавала семейной истории какого-либо значения. Но затем оказалось, что она бессознательно ищет этих семь "убитых" ее матерью детей и испытывает вину перед ними, а также мистический ужас.

Цифра 6, 7, и 10 были символическими в бессознательном этой пациентки. Так же большую роль играло то, что выжили девочки, а умерли мальчики

Однажды она прочитала библейскую легенду о "Звере выходящем из море", из откровения Иоанна - "И стал я на песке морском, и увидел выходящего из моря зверя с семью головами и десятью рогами: на рогах его было десять диадем, а на головах его имена богохульные. Зверь, которого я видел, был подобен барсу; ноги у него — как у медведя, а пасть у него — как пасть у льва..." Одна из голов этого зверя была ранена, но затем она исцелилась. Пациентка символически увидела в этом "звере" себя и она была этим символическим чудовище - зверем и раненной головой одновременно. Только таким странным и достаточно сложным образом она смогла выразить что же разворачивалось в ее психике в следствии травмы, которая передавалась через поколения

Как только она смогла выразить свои ощущения, символизировать травмирующее переживание и поняла, что несла на себе не только груз своих собственных проблем, но и груз травматических событий своей семьи, ее собственная жизнь начала налаживаться. Она получила свободу и перестала воспринимать наследие семьи как то, что требовало "искупления" в ее бессознательных представлениях. Она перестала бессознательно "спасать" там, где спасение не всегда было возможно, зато смогла оказывать реальную помощь окружающим и выбрала для себя одну из помогающих профессий.

Выход из травмы

Если на месте черной дыры появилось объяснение (даже самое странное и необычное) и если соприкосновение с ранее непереносимыми эмоциями стало возможным - это начало выхода из травмы.

В процессе терапии, при условиях, в которых пациент может почувствовать себя в безопасности достигается контакт с психоаналитиком. Сначала пациент начинает свободно говорить о том, что происходило или происходит в его жизни. К нему приходят воспоминания о том, о чем он раньше не помнил, в том числе о ранних событиях своей жизни и даже младенчестве. Со временем пациент может сначала услышать, а затем и выразить свои чувства, свои потребности обращенные к психоаналитику. Он учится формулировать свои потребности и свои чувства и все точнее может описать то, что ему надо. Не страшась получить отказ или отвержение. Эмоции перестают вызывать страх.

На одном из этапов становится возможно выразить то, к чему ранее было даже невозможно подойти. Появляется новый смысл. Этот смысл дает опору для самостоятельной жизни вне процесса психотерапии.

Важным показателем выхода из травматического паттерна является способность говорить об отношениях "здесь и сейчас" о всех тонконстях переживаний, которые возникают непосредственно в рамках отношений между психоаналитиком и пациентом, а не только об отношениях за пределом кабинета.

Конечно же в этой статье невозможно передать все тонкости и нюансы процесса психотерапии с пациентами пережившими или переживающими травму. Поэтому помимо перечисленных книг я советую Вам также познакомиться со следующими глобальными работами, которые помогут вам осмыслить этот процесс. Конечно хороших книг о довербальных нарушениях и травме намного больше, поэтому здесь лишь некоторые из них:

Решетников М.М. "Психическая травма"
Дональд Калшед. "Травма и душа. Духовно-психологический подход к человеческому развитию и его прерыванию.
Джозеф Кэмпбелл. Мифы и личностные изменения. Путь к блаженству
Юнг К.Г. Душа и миф: шесть архетипов. (И вообще работы Юнга в их части о Личном мифе)
Мазин В. А.: Введение в Лакана
Шутценбергер А А. Синдром предков.
Статья
210
Опубликовано: 3 октября 2019
Комментарии
© Personal Invites, 2019