Психическая травма - неотъемлемое условие психического развития в психоанализе
Популярная психология сегодня чрезвычайно исказила понятие психической травмы.

Во-первых, психическая травма подается, как абсолютное зло, хотя, к примеру, отлучение младенца от груди – одна из сильнейших психических травм, незаживающая нарциссическая рана, но ее необходимо пережить, чтобы психика смогла развиваться. Например, в числе прочего, для аккумуляции у ребенка речевого развития. Ведь пока потребности ребенка непосредственно удовлетворяются у тела матери – ему незачем говорить, незачем сообщать миру о своих желаниях, о своих фрустрациях, достаточно заплакать – и во рту немедленно окажется грудь или бутылочка с молоком.

Иными словами, именно в стадиальной последовательности травм, вызванных разрывами в детско-родительских отношениях, сепарациями, опытом фрустраций – психика развивается.

Психическое развитие (если упростить до конкретного примера) – это превращение телесных впечатлений, сенсорного опыта – в психические содержания, в мысли, в аппарат мышления. Именно то, как психика младенца с контейнирующей поддержкой матери "обойдется" с фрустрацией – и будет определять "качество" будущих мыслей, будущих психических загрузок. То есть именно способ обращения с фрустрацией (отказ от неё или модификация) - во многом определит то, будет ли психика субъекта в будущем [преимущественно]: психотической или невротической (невротический спектр - самый здоровый в психоаналитическом дискурсе, поскольку медикалистского деления на норму/патологию в нем нет).

И позиция некоторых воспитателей и педагогов, которые призывают матерей во что бы то ни стало избавить детей от всех травм – в переводе на язык психоанализа звучит, как требование избавить ребенка от психического развития и адекватной способности к мышлению.

Безусловно, речь сейчас не идет о намеренной травматизации, о насилии над ребенком или родительской запущенности, оставлении. Но психическая травма может быть получена не только в таком ужасающем опыте.

Например, психическая травма, способная вызвать психотические преобразования, может быть получена, если маленького ребенка на протяжении длительного периода детства купали в слишком горячей для него воде. Ребенок сопротивлялся и жаловался, что вода для него слишком горячая, но родителю она казалась нормальной, и он оставался глух к сообщениям ребенка, оспаривая таким образом реальность телесности ребенка и его право на собственные ощущения.

Как следствие у ребенка могло исказиться представление о полезном/вредном, хорошем/плохом. Поскольку его плохие, вызывающие страдания телесные впечатления — родитель преподносил, как хорошие и полезные. А мучения в горячей ванне становились таким образом – проявлением родительской любви и заботы.

Результатом такого воздействия на психику ребенка в будущем может стать выбор садистичного партнера — из-за спутанности хорошего и плохого, сращения любви со страданием в детско-родительских отношениях. Причем, в приведенном клиническом (реальном) примере – действия родителя не были намеренными — он и представить не мог, что безобидные в его понимании купания могут привести к серьезным последствиям. Это прекрасная иллюстрация того, что сознательные усилия по "избавлению ребенка от всех травм" — пустая трата психических ресурсов и времени.

Во-первых, психика должна пережить и обработать необходимый для развития уровень фрустраций, во-вторых – вы можете не догадываться, какие именно родительские воздействия могут оказаться, действительно, травмирующими.

Чему же в самом деле стоит уделить внимание – так это осознанию, что ребенок – не объект, не собственность, не нарциссическое расширение, не приложение смартфона для создания "ми-ми" контента.

Ребенок – это юный субъект с самого рождения. Он появляется в предуготованную "сонорную купель" языка, в пространство человеческой речи, материнского языка, и понимает направленные на него сознательные речевые акты гораздо раньше, чем докладывают нейронауки. У него есть собственное тело с собственной чувствительностью, отличной от вашей, собственные потребности, своя собственная психика.

Родитель и так, безо всяких дополнительных усилий, будет определять реальность своего ребенка: будет для него Я-идеалом, воплощающим завершенный образ и умение владеть телом, будет его "языком" — выразителем его потребностей, пока он не умеет говорить, "ногами" — пока он не умеет ходить. Будет именовать мир ребенка: его небо будет голубым или бирюзовым – в зависимости от того, какое оно для родителя – это неизбежно. Сложно переоценить степень влияния родительского окружения на ребенка, но, в то же время, совершенно бессмысленно изо всех сил стараться быть "хорошим родителем" по какой-нибудь педагогической методичке.

Вместо этого лучше (и проще) интересоваться ребенком, как субъектом, позволить ему быть отдельным в своей субъектности, понять, что у него с самого рождения есть своя собственная желающая личность, и что желания этой личности не всегда направлены на возлюбленного родителя, воплощение родительских амбиций или компенсацию его комплексов.
Статья
86
Опубликовано: 15 августа 2022
© Personal Invites, 2022
OOO "Профессиональная интеграция"
ИНН 7813659466
ОГРН 1217800194567