В прошлых частях (https://6pi.ru/article.php?1622 и https://6pi.ru/article.php?1627) мы выяснили, что мужчина и женщины очень…разные, согласно теории Лакана. Женщина не поддается полной классификации ("не-вся") и обладает тайным, добавочным наслаждением. Мужчина может думать: "Я знаю, чего хотят женщины". А женщина внутри себя знает, что даже она сама не всегда понимает, чего хочет. Потому что её желание не укладывается в простые схемы. Оно более многогранное, более гибкое, более живое.
Мужчина часто любит свою фантазию (объект "а"), а не реальную женщину. Он ищет объект "a", проецирует, фантазирует, верит, что находит, но находит только свое отражение. Его наслаждение фаллическое, привязанное к объекту.

Наслаждение можно описать как телесный остаток, не имеющий отношения к любви. Оно может быть фаллическим (у мужчин и отчасти у женщин) или добавочным (только у женщин, по ту сторону фаллоса). Оно связано с сексом, с телом, с тем, что происходит, когда мы теряем голову. Но оно ничего не говорит о любви. Можно наслаждаться телом человека и не любить его. И наоборот, можно любить, но не получать наслаждения.
И поэтому сексуальных отношений в смысле полного слияния не существует.

ЛЮБОВЬ КАК СПАСИТЕЛЬНЫЙ ЗНАК
Почему же тогда люди любят, если гармония невозможна? Но именно в ее невозможности заключается ее драгоценность. По мысли Лакана любовь возникает там, где есть разрыв. Она нужна для того, чтобы компенсировать отсутствие сексуальных отношений. Любовь сама по себе является знаком, и знак этот всегда взаимен. В отличие от наслаждения, которое эгоистично и телесно, любовь нацелена на Бытие партнера. Любовь позволяет на мгновение поверить в невозможное. В то, что двое могут стать одним, что случайная встреча становится судьбой. Лакан описывает это как сдвиг от случайности к необходимости.
Когда-то Лакан сказал: "В основе всякой любви лежит отношение между двумя бессознательными знаниями". Мы любим не потому, что полностью знаем партнера, а потому что распознаем в нем следы его бессознательного. Однако важно понимать, что знание поступков партнера не является доказательством любви. Любовь непрерывно требует еще и еще любви. Она пытается преодолеть пропасть между наслаждением мужчины (которое часто является фантазмом) и добавочным наслаждением женщины (которое лежит по ту сторону слов).
Возьмём простой пример из современной жизни. Он успешный, спортивный, с идеальной улыбкой для социальных сетей. А она задумчивая, с тихим голосом, которая помнит, какой чай он пьёт, когда у него плохой день, и почему он боится темноты, хотя никому в этом не признается. Посторонним кажется, что их ничего не может связывать. Он постит фото с тренажёрного зала, она отправляется в театр. Он говорит о карьерных целях, она молча поправляет ему воротник. Подружки, глядя на такую парочку, задают вопрос: "Как ты можешь его любить?". А его одолевают друзья: "Как он может её желать, если они говорят на разных языках?" Но именно в этом, по Лакану, заключается чудо любви. Женщина в этой паре любит не его достижения, а его бытие. Она любит то, что скрыто за маской успеха. Мужчина, возможно, ищет в ней подтверждение своей ценности. Но если это перерастает в любовь, он начинает видеть в ней не объект, а Другого, кто знает о нём то, чего не знает даже он сам.
Как видите, теория Лакана рисует драматическую, но глубокую картину человеческих отношений. Несмотря на то, что женщина любит иначе, обращаясь к бытию и добавочному наслаждению, а мужчина чаще ищет объект своего желания и поддержки собственного нарциссизма, связь между ними все же возможна. Поскольку любовь возмещает структурное отсутствие сексуальных отношений, двое могут создать иллюзию единства, которая становится реальностью их общей жизни. Она не устраняет разницу между мужчиной и женщиной, не делает их наслаждения одинаковыми, но создаёт мост там, где по логике должен быть обрыв.
В современном мире, где отношения часто сводятся к свайпам, лайкам и быстрым встречам, идея Лакана звучит особенно актуально. Любовь вовсе не про то, чтобы "совпасть" во всём. Это про то, чтобы, встретившись с непостижимостью Другого, всё равно сказать: "Я с тобой". Женщина любит, обращаясь к бытию. Мужчина желает, ища объект. Но когда эти два движения встречаются не в слиянии, а в знаке, рождается то, что мы называем любовью. И пусть сексуальных отношений нет в смысле идеальной гармонии, зато есть любовь, которая вдруг начинает писать нашу судьбу. Немного парадоксально? Немного запутанно? Безусловно.
Но разве настоящая любовь когда-то была простой?