"И у нас мгла и шуршание. Смотрю и думаю, куда бегут? Как тараканы, в ведро с кухонного стола - бух!"

Советсский фильм 1970 года, снятый по мотивам произведений М.Булгакова, нельзя назвать любимцем публики. Молодое поколение, как и остальной мир, о нем, как правило, не в курсе. Да и более зрелое не просматривает "Бег" раз в год 31 декабря под хруст оливье.

У этого произведения нет жанра: толи драма, толи комедия, временами мистика. Даже судьба фильма примечательна. Режиссёрам А.Алову и В.Наумову посчастливилось "забить козла" с партийным руководством, что удивительным образом помогло их творению дойти до зрителя.

Гражданская война безнадежно проиграна, белая армия терпит поражение за поражением. В панике как военные, так и гражданские бегут из Севастополя, погружаюсь на корабли до турецкого берега. В своих произведениях Булгаков с пронзительной иронией передает трагедию человеческих судеб, намотанных на колеса истории. Опираясь на тексты классика и блестящую игру актёров, Алов и Наумов сняли грустную сказку, почти забытый шедевр о русских эмигрантах, скитающихся по миру в поисках лучшей жизни, но отчаявшихся найти приют вдали от родины.
Главные герои фильма - вчерашние представители высшего общества и интеллигенции, чьи дороги пересеклись по воле случая.

Роман Хлудов (В. Дворжецкий) – генерал и аристократ, бросивший все свои силы на военные нужды. Палач и вешальщик, сходящий с ума, видящий сны об ужасе своего греха и невозможности искупления вины, но при этом не потерявший до конца человечности. "...слепые вожди слепых; а если слепой ведет слепого, то оба упадут в яму", - прочтёт Хлудов в Библии, прежде чем выбросить ее в окно поезда. Это про него и таких как он. Хлудова по возвращении в Россию ждёт смертный приговор, и он томится в Константинополе будто в чистилище, наблюдая за отплывающими кораблями в компании бездомных псов.

Генерал Чарнота (М.Ульянов) – антипод Хлудова. Помещик, картёжник и конезаводчик в прошлой жизни, в эмирграции он оказался в положении жалкого торговца красными комиссарами. Фатальное неумение впаривать чертят турецким мамочкам привело его к ставкам на тараканьих бегах, банкротству и одинокой жизни в нищите. Этот человек привык к кутежам и наслаждениям, для него не так важна хлудовская идея победы любой ценой ради правого дела, как личная трагедия и тоска по родине. Чарнота – это собирательный образ вчерашних русских аристократов, которые, оказавшись на чужбине, кончили свою жизнь в крайней нужде и забвении.

Более приземленные характеры, вроде "тараканьего царя" Артура Артуровича (В.Басов) и есаула Голована, напротив, смогли обосноваться в Турции благодаря предпринимательской жилке.

Другой меккой русской эмирграции стал, разумеется, Париж. Здесь устроились министр торговли Крыма, сбывавший за границу пушной товар, Парамон Корзухин (Е.Евстигнеев) и в прошлом походная жена Чарноты Люська (Т.Ткач). Генерал теперь на мели, проиграв последнее на тараканьих бегах. Люська, чтобы хоть как-то выжить, тайком занималась проституцией. Однако, не в силах больше сносить унижения в Константинополе, приняла предложение Корзухина. Эта женщина – переходящий приз, всегда с тем, кто на коне. Русским аристократам в эмиграции приходилось перебиваться с копейки на копейку, в то время как "деловые люди", успевшие продать богатства страны, сколотили себе состояние.

Одна из лучших сцен фильма – игра в карты Корзухина и Чарноты. Генералу невероятно везет, он срывает крупный куш. Финальная улыбка фортуны никак не изменит его судьбу. Рядом с клошарами он признается, что несчастен, не взирая на выигрыш. Вместе с Россией он потерял абсолютно все, и шальные деньги не задержатся надолго в его кармане.

Среди героев есть и те, кому ещё можно вернуться. Приват-доцент Голубков (А. Баталов) и бывшая жена министра торговли Серафима Корзухина (Л.Савельева) похожи на больших детей, не имеющих за плечами ни средств, ни жизненного опыта. Они покинули Россию стихийно, не являясь участниками военных действий и политической борьбы. Именно с их встречи начинается "Бег", их же возвращением и заканчивается. И ещё снегом. Символом очищения и предвестника новой жизни, которого обычно так не хватает русским эмигрантам в Париже и Константинополе.